ГЛАВА 8. Я НЕ ХОТЕЛ БЫ ВНОВЬ ВСТРЕТИТЬСЯ С ТОЙ КОЗОЙ

Пятым по счёту сюжетом оказалась давно ушедшая в тень Людмила. Игра — поздний период их отношений. До конца занятия всё шло ровно. Она держалась в рамках роли, не усложняя, не упрощая. Он не торопился, не задавал лишних вопросов, не искал подтверждений. Делал именно то, что видел прежде на видео. Под самый конец она задержала взгляд дольше, чем это обычно делали актрисы.

— Странное чувство, — сказала она. — Я думала, что больше никогда не смогу быть с ним рядом.

Он замер. Не знал, как реагировать, можно ли было? Такая фраза не могла входить в сценарий.

— Спасибо, — добавила она после паузы. — Вы были и им, и не им. Так даже правильнее.

Это тоже не требовало ответа.

Она уже собиралась сказать что-то ещё, но остановилась, сделала глубокий вдох и выдохнула.

— Я долго надеялась, — сказала она тихо. — А потом поняла, что надеялась зря.

Он посмотрел на неё внимательнее, чем позволял формат.

— Что теперь будет? — спросил он.

Она улыбнулась.

— Всё будет нормально, — сказала она. — Вам можно идти дальше. Желаю вам удачи ... и счастья.

— Мы ещё увидимся? — спросил он тихо, не шевеля губами.

— Только если мир перевернётся вверх ногами или монета упадёт на ребро десять раз из десяти, — прошептала она, целуя его в ухо.

Он вышел как после исповеди. Но вечером получил наказание. Формально — за последний диалог. Он перебрал другие версии: ревность новой жены — к актрисе? Или к той, что притворилась актрисой, чтобы стать его самым важным экзаменом близости?

Но ни одна из них не объясняла главного. Его наказали не за слова. И даже не за близость. А за то, что на короткий миг он поверил — и не усомнился сразу.