ГЛАВА 9. И ТОТ, КТО С ПЕСНЕЙ ПО ЖИЗНИ ШАГАЕТ

— Воистину, пашу как вол, — сознался он тоном наполовину насмешливым, наполовину сломленным, — вы правы, это просто как медведь в цирке: что ни день, то новые трюки приходится осваивать. А на кого? На семью! Я деньги зарабатываю, а жена тратит. Сын на шее сидит. Я, значит, работаю, а он только ест. Весь гонорар за фильм жена потратит, а он — съест. На семью работаю. На ячейку общества. На благо общества, на благо страны. Так получается.

— С семьёй мы обязательно разберёмся, если будешь упорствовать и отказываться отвечать. Кто заказчик фильма? — ответили ему угрозой и уточнением вопроса.

— Все бумаги вы можете получить у моего имиджмейкера, которая занимается моим обучением, проживанием, питанием и ведёт за меня все переговоры. Она, кстати, здесь же тренируется и тоже лежала в пол лицом. Наверное, её уже опросили, — перевёл он стрелки на ту, что украла его и просила считать её своим мучителем. Как правильно назвать её он не знал, потому что был совершенно не знаком с шоу-бизнесом. Контрактов он в глаза не видел и не знал, существуют ли они. Пришлось переложить ответственность на плечи слабого пола.

— Ну ты и гад! У тебя во всём вечно бабы виноваты! — закричали на него с разных сторон, чтобы оказать большее психологическое воздействие, а затем тихий голос сказал на ухо: — признаешь вину, получишь срок ниже нижнего, а если шпион — вообще на своего обменяем. Будешь жить на Западе спокойно и счастливо. Как сыр в масле кататься будешь, и семья будет обеспечена.

— Всем выйти! — крикнул тот же голос и опять елейно продолжил, — теперь мы с тобой договоримся, и никто не будет знать. Расскажи всё, что ты знаешь об их планах.

— Они хотят снять фильм в космосе со мной в высочайшей роли. За это моя семья и будет кататься в масле. Здесь меня делают космонавтом, внешне похожим на первое лицо. Это всё, что я знаю, — повторил он свою версию.

— А зачем сюда приезжала Людмила? Ты видел её? Что она сказала? Повтори слово в слово! — закричал следователь и вырос в его глазах сразу до старшего следователя, потому что теперь стало ясно, что вся предшествующая игра была для того, чтобы доложить всевышнему компромат на его бывшую жену.

— Должно быть, прошла проверка качества моего образа. Я часто прохожу тесты, и о некоторых, наверное, даже и не знаю, — растерянно блеял он.

— Я тебе не верю, — оборвал следователь, — я умею добиваться правды, и сейчас мы снова пригласим съёмочную группу, чтобы эту правду послушал кто следует.